аспирантка кафедры международной безопасности факультета мировой политики
119991, Москва, Ленинские горы, 1
PhD Candidate at the Chair of International Security, School of the World Politics
1 Leninskie Gory, Moscow, Russia, 119991
Россия и Китай с начала 1990-х годов прошли большой путь развития взаимодействия в военной сфере. Сотрудничество начиналось с обмена делегациями, сокращения войск вдоль границы и принятия мер по укреплению доверия. К настоящему времени оно дошло до уровня тесного партнерства. Ежегодно военные двух стран проводят несколько крупных учений, сотрудничают в подготовке военных кадров. В связи с этим представляют интерес оценки китайской стороной российской военной политики после распада СССР. Анализ динамики публикационной активности показывает, что китайские ученые обратили пристальное внимание на российские военные реформы в середине 1990-х годов. Пик интереса китайских военных и гражданских экспертов к данной проблематике пришелся на 2009 год, когда начался период наиболее радикальных преобразований в России в военной сфере. Китайские исследователи делят российские военные реформы на четыре волны, границы которых определялись сложным сочетанием внутри- и внешнеполитических, а также экономических факторов. Каждый из этих этапов военных преобразований в России рассматривался с точки зрения как возможного воздействия на глобальный баланс сил в военнополитической сфере, так и изучения российского опыта для проведения такого рода реформ в самом Китае. Первые этапы российских военных реформ (1992-1997 и 1997-1999 гг.) оцениваются скорее негативно, при этом в качестве основных причин их неудачи китайские исследователи называют резкое сокращение эконо-мических возможностей страны, слабость политического руководства, отсутствие военно-теоретической базы для преобразований. Последующие реформы (2001-2004 гг. и особенно после 2008 г.) оцениваются как более успешные именно в силу произошедших в России процессов консолидации власти, сопровождавшихся восстановлением экономики, а также уроков, которые российское военное руководство извлекло из локальных войн и вооруженных конфликтов в этот период. Вместе с тем и эти реформы не были, по китайским оценкам, свободны от недостатков. К таковым китайские эксперты относят поспешные и слишком радикальные преобразования по западному образцу на рубеже 2000-2010-х годов. В целом китайские исследователи, как гражданские, так и военные, склонны заключать, что в итоге длительного и сложного процесса военных преобразований России удалось добиться существенного прогресса в переоснащении и повышении боевого потенциала своих вооруженных сил, а сами реформы могут послужить источником ценного опыта для развития и модернизации Народно-освободительной армии Китая.
Since the early 1990s, Russia and China have come a long way in developing military cooperation. It began with an exchange of delegations, the reduction of troops along the border, the adoption of confidence-building measures, and, by now, has transformed into a strong partnership. Two countries annually conduct several joint military exercises and develop military training cooperation. In this regard, the Chinese assessments of the Russian military policy after the collapse of the USSR are of particular interest. The survey of specialized publications shows that Chinese scholars commenced studies on the Russian military reforms in the mid-1990s. The author notes that there was a spike of research activity on that matter in 2009 soon after the start of radical reforms of the Russian Armed Forces. Chinese scholars usually identify four waves in the Russian military reforms, each determined by a combination of domestic and external political and economic factors. Chinese military and academic experts assessed these reforms both in terms of their impact on the global balance of power in the military-political sphere and their potential relevance to similar reforms in China. The first two phases of the Russian military reforms (from 1992 to 1997 and from 1997 to 1999) are usually assessed negatively. The general failure of military reforms is attributed to the economic challenges, the lack of political will, and the absence of an adequate theoretical and methodological basis for such transformations. Subsequent reforms (from 2001 to 2004, and, particularly, after 2008) are generally assessed positively. In that regard, Chinese experts emphasize the importance of the processes of political power consolidation and economic recovery that took place in Russia in that period, as well as the role of lessons learned by the Russian military from local wars and armed conflicts. Nevertheless, according to Chinese assessments these reforms still have certain drawbacks, particularly, associated with hasty and misguided attempts to copy the Western military models at the turn of the 2000s — 2010s. In general, Chinese civilian and military experts conclude that throughout a long and difficult process of military reforms Russia has made a significant progress in rearmament and increasing the combat potential of its armed forces. Moreover, such reforms could serve as a valuable source of experience and an example for further development and modernization of the People’s Liberation Army of China (PLA).
The authors declare that there are no conflicts of interest present.