Батюк Владимир Игоревич — доктор исторических наук, руководитель Центра военно-политических исследований
123995, Москва, Хлебный пер., 2/3
Vladimir I. Batyuk — Doctor of Sciences (History), Head of the Center for Military and Political Studies
2/3 Khlebnyi Pereulok, Moscow, 123995
Современный мировой порядок стремительно меняется, что выражается, в частности, в нарастающей эрозии глобального американского военного превосходства. Это обстоятельство признается и в американских документах военно-стратегического и политического планирования. Особую обеспокоенность американских правящих элит вызывает усиление военного потенциала Российской Федерации и КНР, подкрепляемое расширением политического и экономического сотрудничества между ними. В то же время признание проблемы не означает ее корректной оценки. Анализ ключевых стратегических документов, изданных в последние годы, позволяет заключить, что если с политико-военной точки зрения американские стратеги формулируют в целом рациональный перечень мер, направленных на противодействие России и КНР, то с точки зрения идеологии в них продолжают господствовать жесткие либерально-гегемонистские установки, которые всё меньше отвечают современным международно-политическим реалиям. Так, высокой степенью преемственности характеризуется политика администраций Д. Трампа и Дж. Байдена по отношению к Китаю. Основную роль в его сдерживании должна сыграть система военно-политических союзов со странами Юго-Восточной и Южной Азии, расположенными по периметру границ КНР. В дополнение к унаследованным со времен холодной войны альянсам администрация Дж. Байдена стремится развивать новые «блоковые структуры» в Индо-Тихоокеанском регионе, в частности Четырехсторонний диалог по вопросам безопасности (QUAD). Однако далеко не все страны региона, в частности Индия, поддерживают антикитайскую направленность американских инициатив. Отношения Вашингтона с Москвой резко ухудшились после начала специальной военной операции на Украине, но и до нее США сталкивались с серьезными проблемами в поддержании стратегического паритета с Российской Федерацией. Автор подчеркивает, что речь идет прежде всего не о количественной, а о качественной стороне проблемы: по признанию американских военных стратегов, Россия добилась значительных успехов в модернизации своих стратегических ядерных сил и разработке принципиально новых типов ядерных носителей. При этом подходы администрации Дж. Байдена к выстраиванию отношений с РФ отличаются не меньшей идеологизированностью, чем в случае с КНР, что делает перспективы возобновления российско-американских (а в идеале — трехсторонних российско-американо-китайских) переговоров по ограничению стратегических вооружений крайне туманными. Возникает вопрос, в какой мере эта идеологизированность внешнеполитических установок администрации Дж. Байдена отвечает новым международным реалиям и стратегическим интересам самих США.
The contemporary world order is rapidly changing, which is manifested, inter alia, in the growing erosion of the US global military superiority. This trend is acknowledged in the US military-strategic and policy planning documents. In this context the strengthening of the military potential of both the Russian Federation and the PRC, coupled by the expansion of political and economic cooperation between them, is a matter of particular concern for the US ruling elites. At the same time, recognizing a problem does not mean assessing it correctly. A closer examination of key strategic documents published in recent years shows that if from a political and military point of view, the US strategists come up with a generally rational list of measures aimed at countering the challenge, posed by Russia and China, from an ideological point of view they doggedly follow liberal-hegemonic premises that are increasingly inconsistent with current international political realities. The author notes that the policy of D. Trump and J. Biden administrations towards China is characterized by a high degree of continuity. The main role in containing the PRC should be played by a system of military-political alliances with the countries of Southeast and South Asia located along the perimeter of its borders. In addition to the alliances inherited from the Cold War, the Biden administration is seeking to develop new ‘bloc structures’ in the Indo-Pacific region, in particular the Quadrilateral Security Dialogue (QUAD). However, not all countries in the region, in particular India, support the anti-Chinese orientation of the US initiatives. Washington’s relations with Moscow deteriorated sharply after the start of the special military operation in Ukraine, but even before that, the United States faced serious challenges in maintaining strategic parity with the Russian Federation. This primarily concerns the quantitative, rather than qualitative side of the equation: according to the US military strategists, Russia has made significant progress in modernizing its strategic nuclear forces and developing fundamentally new types of nuclear delivery vehicles. At the same time, the Biden administration’s approaches to building relations with Moscow are no less ideological than in the case of the PRC, which makes the prospects for resuming Russian-American (and ideally trilateral Russian-American-Chinese) negotiations on strategic arms control extremely vague. The question arises to what extent this ideologized foreign policy of the Biden administration meets the new international realities and the strategic interests of the United States itself.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.